Ирада ГУСЕЙНОВА
Беженцы, их положение и роль
в современном азербайджанском обществе

Попроси любого иностранца, посетившего Азербайджан в составе какой-либо делегации, назвать пять ассоциаций, возникающих у него после этого при упоминании нашей республики, и в их числе он обязательно назовет “беженцы” и “палаточный городок”. Посещение палаточных городков, в которых проживают беженцы - неизменная часть программы всех важных визитёров. За последние пять лет здесь побывали президенты всех государств СНГ, оба президента Турции, вообще едва ли не все более или менее важные лица, посещавшие Азербайджан.

При этом саму проблему беженцев, их истинное положение и социальное состояние никто так и не изучил, и бoльшая часть того, что говорится о беженцах - либо стереотипы, либо просто ложь.

Беженцы из Армении


В позднесоветскую эпоху страшное слово “беженец” впервые прозвучало в Азербайджане в 1988 году, с появлением бежавших из Армении азербайджанцев. Карабахский конфликт только начинался, но в Армении уже стали притеснять азербайджанцев, живущих там с давних времен. Начались этнические чистки. Это был уже последний поток беженцев из Армении.

С 1988 по 1989 годы, согласно официальной статистике, в Азербайджан из соседней республики переехали 219 776 человек. Статус беженцев выходцы из Армении получили без каких-либо проволочек. В азербайджанском обществе их сразу же окрестили “еразами” - аббревиатура слов “ереванский азербайджанец”. Название это не новое, поскольку “еразами” в Азербайджане и раньше называли всех выходцев из Армении (когда-то территории Ереванского ханства), независимо от того, в каком городе или селе этой республики они проживали.

До 1988-1989 годов слово “ераз” воспринималось лишь как указание на “историческую родину” азербайджанца, как, к примеру, называют выходцев из Грузии “гразами”, уроженцев Карабаха “карабахцами”, Гянджи - “гянджинцы”… и ничего больше. Однако массовый исход еразов в Азербайджан наполнил слово “ераз” новым содержанием.

Надо признать, что коренные жители Азербайджана не всегда дружелюбно воспринимали своих земляков, бежавших из Армении, поэтому слово “ераз” сейчас носит несколько негативный и пренебрежительный оттенок. Сами выходцы из Армении обычно называют себя “ереванлы” (ереванцы). Нельзя сказать, что нелюбовь граждан Азербайджана к азербайджанцам, рожденным в Армении, продиктована отсутствием сочувствия или жалости к беженцам. Не было это связано и с тем легким пренебрежением, с которым обычно горожане относятся к жителям сельской местности. А социальный состав беженцев из Армении - это как раз жители сел - крестьяне, мастеровые (лишь небольшое число составляли жители небольших промышленных городов и самого Еревана, осевшие в основном в Баку). Причина, на наш взгляд, в другом.

Долгое проживание рядом с армянами и в качестве объективно неполноправного меньшинства сделало из них общность, значительно отличающуюся от “азербайджанских азербайджанцев”. Главная отличительная особенность - спаянность. Азербайджанцы ощущали себя там чужими среди армян. Они овладели армянским языком и часто могли общаться на нём так же свободно, как и на родном азербайджанском. (Точно так же некоторые армяне, жившие в Азербайджане, наряду с родным языком свободно владели и азербайджанским.) Однако в Армении местное население постоянно давало понять живущим здесь азербайджанцам, что они - азербайджанцы или “турки” (так называли армяне азербайджанцев). Невольно армянские азербайджанцы и сами уверовали в то, что являются истинными азербайджанцами. По их собственному мнению, они вправе были считать себя истинными азербайджанцами потому, что, живя в окружении армян, сохранили свой этнос и национальные традиции, в отличие от азербайджанцев в Азербайджане и особенно в Баку, многие азербайджанские жители которого до такой степени усвоили русскоязычную культуру, что иногда не знали собственного языка. Оказавшись поневоле в Азербайджане, особенно - в среде космополитического Баку, выходцы из Армении стали выражать своё возмущение утратой местными азербайджанцами родной культуры. Выражалось это по-разному. Это - постоянные упрёки бакинцам в незнании родного языка, незнании традиций, отсутствии патриотизма и т. д. и т. п. Особенно резкой, а подчас и агрессивной критике стали подвергаться горожанки. Доходило до того, что беженцы из Армении открыто оскорбляли девушек за короткую юбку или яркий макияж на лице.

И что немаловажно, попав в другой мир, выходцы из Армении снова стали делить его на “своих” и “чужих”, только теперь они стали ощущать себя меньшинством не неполноценным, как в Армении, а наоборот, лучшим, единственными настоящими азербайджанцами.

Социальный состав беженцев из Армении сыграл немаловажную роль в армянских погромах в феврале 1988 года в Сумгаите и в январе 1990 года в Баку. Представьте себе ситуацию: приезжают бежавшие от армян крестьяне, а в Баку - армянская элита: профессура, врачи, педагоги, преспокойно живущие в хороших квартирах. И оставшиеся без крыши над головой и средств к существованию приходят к выводу: нужно разгромить и захватить квартиры. Наводчиками погромщиков в Баку были в основном те же еразы, только попавшие сюда в первую или вторую волну депортации и сохранившие “тёплые” чувства к армянам. В 1990 году в Баку проживало около 220 тысяч армян, то есть примерно столько же, сколько перебравшиеся в Азербайджан беженцев из Армении. Из них мало кому удалось продать квартиры, даже за бесценок, и уехать. В основном армянские квартиры были захвачены беженцами из Армении, которые посчитали это компенсацией за потерянное имущество.

Надо сказать, что при всём подъёме антиармянских настроений у всех азербайджанцев, в том числе и бакинцев, на чисто бакинской (и возможно, и на чисто сумгаитской) почве погром был бы невозможен и для основной массы азербайджанского населения эти события явились страшным шоком. Таким образом, к культурным различиям (и противоречиям) между “настоящими азербайджанцами” - еразами и “космополитическими” бакинцами прибавился ещё один важный элемент - недовольство и даже некоторый страх бакинцев перед еразской агрессивностью. Впоследствие, уже за годы проживания беженцев из Армении в Азербайджане, появились и другие причины для недовольства местного населения, но об этом позже.

Турки-месхетинцы


Почти одновременно с выходцами из Армении в Азербайджан приехали и 70 тысяч турков-месхетинцев, бежавших из Узбекистана. Им тоже был предоставлен статус беженцев. С 1989 года турки-месхетинцы неоднократно обращались в различные общественные организации с просьбой походатайствовать об их возвращения в Грузию, из которой они были депортированы. Однако эти просьбы не нашли поддержки у официальных властей, которые не хотели создавать проблемы с Грузией. Дело в том, что в Джавахетии после депортации турков-месхетинцев поселились армяне. И сегодня вокруг этих земель создалась напряжённая ситуация. Поэтому только в 1995 году первые и, как оказалось, последние 100 семей были расселены на территории Грузии при содействии международных общественных организаций.

Тяжёлое социально-экономическое положение Грузии не создает благоприятных условий для массового возвращения беженцев. К тому же 10 лет - слишком большой срок для того, чтобы сидеть и ждать разрешения проблемы, так что турки-месхетинцы в основном интегрировались в  азербайджанское общество, особенно та их часть, которая считает себя турками. Очевидно, привыкшие к тяжёлой доле депортированного народа турки-месхетинцы предпочитают сами решать свои проблемы, особых хлопот правительству Азербайджана не создают и политической роли в азербайджанском обществе не играют. Быть может, это связано также с тем, что турки-месхетинцы осознают, что стране с таким количеством собственных беженцев и вынужденных переселенцев хватает хлопот и ей не до проблем депортированного народа. О том, что в Азербайджане есть беженцы из числа турков-месхетинцев, вспоминают не часто или не вспоминают вообще.

Вынужденные переселенцы из Карабаха
и пограничных с ним районов


В последующий период конфликт расширялся и уже в 1990 году затронул непосредственно Нагорный Карабах. В этом году в центре Карабаха в Ханкенди (армяне называют этот город Степанакертом) были сожжены все дома азербайджанцев - это около 250 домов. Первыми вынужденными переселенцами и стали жители этих сожжённых домов. За Ханкенди последовали и другие города и сёла. Азербайджанцы, жившие здесь, вынуждены были покинуть свои дома. В мае 1992 года вооружённые силы Армении оккупировали Шушинский район НКАО и Лачинский район - территорию, отделяющую Нагорный Карабах от Армении. С 1989 по 1992 год азербайджанцы были полностью вытеснены с территории Нагорного Карабаха. И все они стали вынужденными переселенцами. За ними последовали жители территорий, прилегающих к Нагорному Карабаху, которые тоже оккупировала Армения. Под натиском армянских войск азербайджанская армия вынуждена была сдать не только Шушу и Лачин, но и Кельбаджары. Затем Азербайджан потерял еще пять районов - Кубатлинский, Джебраильский, Зангеланский, Физулинский и Агдамский. В каждом районе жили по 15-20 тысяч человек. Физулинский был самым густонаселённым. Оттуда, по данным госкомстата, бежали 80 тысяч человек.

Вынужденные переселенцы из Нагорного Карабаха и окрестных районов очень отличались от беженцев из Армении. Так, если среди выходцев из Армении крестьяне составляли 80 процентов, 9 процентов - рабочие и служащие, 10-11 процентов - интеллигенция, то среди беженцев из Карабаха удельный вес крестьян доходил только до 60 процентов, интеллигенция составляла 20-25 процентов, рабочие и служащие - 15-20 процентов. Но главное, что их отличало - это были люди, для которых Азербайджан - родная земля. У них, в отличие от беженцев из Армении, не было необходимости приспосабливаться к чужому обществу, осваивать армянский язык, считаться с чужими традициями. Они не слышали с детства упрёков в том, что являются “турками”. В отличие от выходцев из Армении, они не обладали и тем инстинктом выживания и солидарностью, которые обычно присущи окружённым не слишком дружелюбным большинством меньшинствам.

После оккупации армянскими войсками их родных земель первое, что почувствовали вынужденные переселенцы, были растерянность и боль. Растерянность сменилась верой в то, что азербайджанская армия и правительство сделают всё возможное и все они очень скоро вернутся домой, заживут прежней жизнью.

Выходцы же из Армении всегда осознавали, что живут не на своей земле, и были подсознательно готовы к тому, что рано или поздно им все равно придётся покинуть обжитые места. И когда, наконец, это произошло, они поняли, что теперь уже должны сделать всё возможное, чтобы не остаться за бортом жизни. Именно потому они и стали основной силой в погромах, захватах квартир, а также той частью Народного Фронта, которая громче всех обвиняла бакинцев в космополитизме и непатриотичности.

Это уже потом, после того как они осознали, что их земли не скоро будут возвращены, а их жилищные проблемы государство решать не торопится, тактику захвата квартир бакинцев освоили и вынужденные переселенцы. “Спасение утопающих - дело рук самих утопающих”.

Численность


Сегодня мировому сообществу заявляют, что в Азербайджане один миллион беженцев и переселенцев. Президент, члены правительства, а вслед за ними политики, депутаты национального парламента и некоторые СМИ всё время повторяют эту цифру. При этом официальные данные не разграничивают “беженцев” из Армении и “вынужденных переселенцев” из Карабаха и других оккупированных районов: государство не видит существенной разницы в этих двух понятиях, и вынужденные переселенцы обладают одинаковыми с беженцами льготами и правами. Но даже если суммировать количество беженцев из Армении и вынужденных переселенцев, окажется, что миллион - преувеличенная цифра. По последним данным официальной статистики количество вынужденных переселенцев исчисляется 568 989 человек, беженцев, как мы уже говорили, 219 776, - итого 788 765 человек, но никак не миллион. Даже приплюсовав сюда беженцев из числа турков-месхетинцев, мы получим только 850 тысяч человек.

Однако и официальные данные Госкомстата, которые указывают на общее количество 788 765 беженцев и вынужденных переселенцев, тоже вызывают сомнения у многих международных организаций. “Управление Верховного Комиссариата по делам беженцев ООН (УВКБ ООН), соглашаясь с данными правительства Азербайджана о количестве беженцев, в конце 1996 года привело иные данные о количестве лиц, перемещенных внутри страны, - 549 тысяч человек. Таким образом, по данным УВКБ ООН, а также Международной организации по миграции, в Азербайджане на сегодня насчитывается всего 782 тысячи беженцев и вынужденных переселенцев. Эти показатели, видимо, близки к истине, ибо даже по официальным данным Госкомстата Азербайджана, на 1 января 1992 года в бывшем НКАО и на территории ныне оккупированных армянами районов проживало около 480 тысяч человек. С учётом части населения Азербайджана, которая проживала вдоль границ с Арменией и затем мигрировала в другие районы, реальное количество вынужденных переселенцев должно быть не более 520 тысяч”.

Согласно статистическим данным 145 212 беженцев живут непосредственно в Баку, 43 169 - в Сумгаите, 51 944 проживают в Бардинском районе, 21 045 в Биласуварском районе, 20 387 в Агдамском. Одна треть вынужденных переселенцев с Карабаха и оккупированных территорий живет в палаточных городках. Правда, за последнее время часть их перебралась из палаток в землянки.

Места наибольшего скопления вынужденных переселенцев - районы Саатлы, Имишлы, Сабирабад, Барда. Незначительная часть беженцев была расселена в пригородах Баку на Апшероне в пансионатах, санаториях, пионерских лагерях поселков Загульбы, Пиршаги, Бузовны.

Выходцев из Армении в палатках нет, как нет их в санаториях, домах отдыха и пансионатах. Это связано с тем, что “еразы” ещё до массового бегства из Карабаха и других районов Азербайджана успели захватить квартиры армян в Баку, Сумгаите, Гяндже. Жизнь на чужбине научила их держаться друг за друга и тянуть за собой наверх своих “земляков”. Поэтому социальная мобильность их оказалась очень высокой - опираясь на поддержку “своих”, они занимали посты в госаппарате, разворачивали свой бизнес, приобретали квартиры.

Социальное положение


Самая бедная и социально незащищенная часть вынужденных переселенцев - это те, кто живут в санаториях, пансионатах. У них нет постоянного источника заработка. В основном они живут за счет редкой гуманитарной помощи, мизерных пособий в 15-18 долларов, выплачиваемых государством, а также распродажей гуманитарных пайков, мелкой торговлей и подённой работой. Есть среди них и те, кто занимается попрошайничеством, особенно дети.

Аналогично положение жителей палаточных городков. Они лишены элементарных человеческих условий для жизни. Для мужского населения нет никакой работы, даже сельскохозяйственной. Некоторые приезжают в город в поисках любой работы и пополняют ряды тех, кто пытается наняться на подёнщину - в Баку действует несколько рынков, называемых “гул базар” (“рынок рабов”). Некоторые из них тоже занимаются распродажей гуманитарной помощи или перепродают сельскохозяйственную продукцию, приобретённую по оптовой цене у крестьян соседних с палаточным городком сёл. Есть среди беженцев и такие, кто, взяв у родственников деньги в долг или под проценты, отправляются в шоп-тур в Турцию или Дубаи, а если повезет с челночным бизнесом, то и ларьки открывают, но таких единицы. Есть среди них и такие, кто торгует на рынках России.

Жизнь в палаточном городке похожа на стоячую воду. Время здесь как будто остановилось. Она оживает только тогда, когда сюда приезжает очередная делегация, съёмочная группа журналистов или когда раздают “гуманитарные” керосин, продукты питания, одежду. Естественно, что услугами нищих беженцев пользуются криминальные элементы.

Однако самая большая беда беженцев и самая большая опасность и для них самих и для общества - не тяжёлое материальное положение, в котором в Азербайджане находится бoльшая часть граждан. Опасность в другом - это психическое состояние беженцев. За годы жизни в палатках, без работы и с постоянно продлеваемым статусом беженца у них появилась иждивенческая психология. И это самое ужасное, особенно если учесть, что в семьях подрастают дети, которые уже не помнят родные места или вообще их никогда не видели, так как родились в палатках. Им психология нищих передается с родительским воспитанием. Вся их жизнь ограничена территорией санатория, лагеря, пансионата, палаточного городка.

Проблемами беженцев в Азербайджане занимаются международные гуманитарные организации, Европейский Союз, УВКБ ООН, неправительственные организации, Общество Красного Полумесяца и Федерация Красного Креста и Красного Полумесяца, а также всевозможные фонды Саудовской Аравии, Турции, Ирана.

На государственном уровне проблемами беженцев занимались два подразделения: отдел в аппарате президента и государственный комитет по делам беженцев.

Несмотря на опеку стольких организаций, переселенцы всё равно обделены вниманием, особенно та их часть, которая расселена в пригородах Баку.

Сюда редко устраивают показательные “экскурсии” для зарубежных делегаций и именитых гостей республики. Их обычно возят в палаточные городки, так как последние производят большее впечатление на приезжих. Именно поэтому посещение палаточного городка - неизменная часть программы визита любой международной делегации, впервые посещающей Азербайджан .

Как правило, эта часть вынужденных переселенцев настолько подавлена и сломлена духом, что не пользуется всеми теми льготами, которые им предоставило государство - бесплатным образованием, лечением, освобождением от налогов в предпринимательской деятельности, льготным проездом в транспорте.

Отношения с населением


Большинство населения Азербайджана живёт либо у черты бедности, либо за ней. Жизнь их материально мало чем отличается от жизни беженцев, разве что последние получают пособия и гуманитарную помощь, в то время как в стране происходят постоянные задержки с выплатой пенсий, зарплат, пособий. Однако не это стало причиной раздражения многих азербайджанцев, особенно городских жителей, к беженцам. Причин несколько. Об одной из них - культурных различиях беженцев, особенно из Армении, и населения Азербайджана, мы говорили. Но есть и другие. К ним можно отнести и то, что часть беженцев пользуется всеми предоставленными льготами, правами, связями (особенно выходцы из Армении), живёт гораздо лучше основного населения Азербайджана, особенно Баку, Сумгаита, Гянджи. Их социальное положение и благосостояние намного выше среднестатистического гражданина страны - не-беженца. Более того, были зафиксированы случаи, когда статус беженцев получали люди, которые задолго до конфликта переселились в Баку. Пользуясь графой “место рождения”, в которой указан оккупированный район, они получали пособия, захватывали квартиры.

Некоторые беженцы и вынужденные переселенцы создали различные группы, фонды по социальной защите прав беженцев. При этом они настолько увлеклись политическими играми и решением собственных проблем, что совсем забыли об истиной цели созданной организации. Среди них есть такие, кто обзавелся виллой, иномаркой, личной охраной. Неизменным остается одно - спекуляция именем беженцев. Это тоже не может не раздражать. И, как это всегда бывает, раздражение преуспевающими беженцами переносится на беженцев в целом.

Однако резко негативное отношение к беженцам у горожан появилось после того, как начался массовый захват квартир. Сначала, когда квартиры захватывались в результате погромов и бегства армян, общественность не одобряла это, но открыто и не осуждала погромщиков. Но после захвата квартир армян беженцы взялись за пустующие дома, которые предусмотрительные бакинцы приобретали для своих подрастающих детей. За этим последовали квартиры, в которых проживали старики, одинокие и беззащитные граждане. Были случаи, когда занимали жильё тех, кто находился на лечении в больнице или просто уехал погостить к родственникам. Все это, безусловно, было связано с одним: беженцы не столкнулись ни с каким сопротивлением, не услышали слов осуждения со стороны общественности, никто не понёс никакого наказания за свои незаконные действия. Гробовое молчание общества и органов правопорядка было расценено как молчаливое одобрение. Молчание бакинцев, вызванное чувством вины, только вдохновило беженцев на новые “подвиги” - захваты.

В отличие от сумгаитских захватов квартир, когда в ЖЭКах брали только данные об армянских квартирах, в Баку к этому вопросу подошли основательно. Схема такова: беженец устраивается в ЖЭК на любую должность и занимается сбором информации о квартирах на данном участке. После выяснений: кто живёт, есть ли родственники, сумеет ли владелец за себя постоять, есть ли деньги выиграть судебную тяжбу, - в квартиру направляется семья беженцев, как правило, многодетная. Они взламывают дверь, и всё - квартира уже числится за беженцем. И никакая сила не в состоянии его оттуда выселить, особенно, если в нём проживали одинокие русские старушка или старик-пенсионер.

При этом за всё это время беженцы не захватили ни одной квартиры, принадлежащей важному чиновнику или бизнесмену, хотя известно, что многие из них являются владельцами далеко не одной квартиры, и пустующих в том числе. Более того, беженцы не захватывали квартиры в так называемых элитных домах в центре города, которые из-за неоправданно высоких цен вот уже несколько лет пустуют. Одним словом, “захватчики” знают, что можно занимать и у кого, прекрасно понимая, что и чиновник, и бизнесмен в два счёта выкинут их из своего дома.

Беженцы даже в судах действуют по чётко отработанному сценарию: они орущей толпой с детьми заявляются на судебное заседание, называя владельцев квартир и всех тех, кто встаёт на их защиту, армянами или пособниками армян. При этом можно услышать и упрёки в адрес самих судебных органов, нечто вроде “где вы были, когда армяне нас выгоняли из домов?” или “если вы и сейчас нас выкинете на улицу, вы - хуже армян”.

Как бы это ни звучало кощунственно и цинично, но заявления “я - беженец” в устах многих беженцев и вынужденных переселенцев звучат гордо и уверенно. В некоторых организациях и министерствах действует негласное распоряжение о создании режима наибольшего благоприятствования для беженцев.

Так, к примеру, в министерстве образования действует неофициальное распоряжение о создании условий для беженцев, обучающихся в вузах и средних специальных учебных заведениях. Некоторые, паразитируя на статусе беженца, получают оценки, не прилагая особых усилий и не проявляя рвения к учебе.

К слову сказать, многие министерские и другие руководящие посты в стране заняты выходцами из Армении. Не являясь беженцами из Армении и перебравшись в Азербайджан задолго до событий, они, тем не менее, обладали традиционной психологией “еразов” - сплочённостью, благодаря которой они выжили в Армении и могут выжить в Азербайджане, где их тоже считают чужими и где, как им кажется, все против них. Так, поддерживая друг друга, они и стали отвоёвывать сферы влияния, занимать руководящие посты.

Они всеми силами стремятся удержать клановую спаянность. В этом виде - в качестве единственной общественной силы, способной к сплочённым действиям, они и оказались востребованы. Ими воспользовались для того, чтобы прийти к власти, в частности выходцы из Нахичевани, в эпоху Алиева (как первую, советскую, так и сейчас) доминирующие в политической жизни Азербайджана. Среди министров - более 70 процентов выходцев из Нахичевани и Армении. Среди политических деятелей (как оппозиционных, так и правительственных) - более 80 процентов. В Академии наук Азербайджана, учебных заведениях профессорско-преподавательский состав на 60 процентов состоит из выходцев из Нахичевани и Армении. 60 процентов - глав районной администрации, практически столько же в силовых структурах (исключая армию).

И этот альянс нахичеванцев с выходцами из Армении не случаен. У этих азербайджанцев, выходцев из разных земель - много общего. Территориальная отдаленность от Азербайджана, ближайшее соседство с Турцией, с одной стороны, с Арменией - с другой. Переезжая в Баку, и те и другие чувствовали себя здесь чужими и понимали, что выжить и добиться высокого социального положения можно исключительно благодаря спаянности. Выходцы из Армении и Нахичевани часто близки друг другу и по родству, поскольку из-за соседства некоторые нахичеванцы успели породниться с еразами. Тандем нахичеванцев с еразами стал возможен ещё и благодаря главной ключевой фигуре Гейдара Алиева - выходца из Армении и нахичеванца одновременно. Как было написано в его биографии советского периода, Гейдар Алиев родился в Сисианском районе Армении, но рос в Нахичевани. Как бы то ни было, в своём желании держать под контролем весь Азербайджан и нахичеванцы, и еразы были единодушны. Сегодня и те и другие чувствуют себя в стране настоящими хозяевами.

Вечный беженец


Прошли уже первые десять лет с тех пор, как в стране появились первые беженцы. Однако сегодня есть опасение, что беженцы станут “вечными”. Эти опасения вызваны тем, что их наличие в значительной мере устраивает власти. Беженцы - это гарантированные голоса на выборах, и президентских, и парламентских. Большинство голосовало за Гейдара Алиева, а на парламентских выборах - за его ставленников. (Правда, на последних президентских выборах большое количество голосов беженцев, судя по всему, набрал другой кандидат в президенты - лидер Партии Национальной Независимости Азербайджана Этибар Мамедов, тоже выходец из Армении.) Иначе и быть не могло, поскольку беженцы зависят от государства на 100 процентов, живут на подачки от чиновников. Стоит им проявить не ту политическую ориентацию, как они сразу же лишатся всех средств существования.

Заинтересованы в беженцах и правительственные чиновники. Имея в стране целый “миллион” беженцев, правительству легко объяснять, почему в стране безработица, медленными темпами идет реформирование экономики, а у населения низкий жизненный уровень. Миллион беженцев - это большая цифра для страны с населением почти 8 миллионов человек. Она действует магически на мировое сообщество, представители которого приезжают, посещают палаточные городки и, разжалобившись, раскошеливаются на гуманитарную помощь, - под “миллион” больше дают. Гуманитарная помощь давно стала “кормушкой” для чиновников. Именно поэтому они и заинтересованы, чтобы количество беженцев было стабильным и никак не меньше миллиона.

Надо признать, что такое положение устраивает и определённую часть беженцев, которая уже обжилась за эти годы на новом месте, приспособилась к новым условиям жизни и не имеет особого желания возвращаться домой. Реально в родные места, в случае их возвращения путем переговоров или как-то иначе, вернутся лишь те, кто проживает в палатках и землянках, а это - одна треть беженцев.

На сегодняшний день можно утверждать, что количество беженцев могло бы быть сокращено за счет выходцев из Армении. Наивно полагать, что все эти 219776 человек когда-нибудь вернутся в Армению на постоянное место жительства. Однако за эти 12 лет ни от одного из них не поступило предложения об отказе от статуса и получении гражданства Азербайджана. Дело в том, что правительство, предоставив им все льготы, не забыло и о льготе голосовать, не будучи гражданами Азербайджана.

Чем дольше азербайджанцы живут со статусом “беженец”, тем больше беженцев и вынужденных переселенцев интегрируется в общество. С одной стороны, это неплохо. Хотя, с другой стороны, если земли будут возвращены, то кто же тогда вернётся, раз все беженцы уже интегрировались. Поэтому с точки зрения “государственных интересов” полная интеграция беженцев - скорее даже плохо.

Примечания

  1. Первые этнические чистки произошли здесь в 1918-20 годах, вторая волна - в 1946-1948 годах. Динамика процесса хорошо иллюстрируется статистическими данными. В 1913 году в Ереване азербайджанцы составляли 43 процента населения, в 1949 году их было уже 18 процентов, а в конце 80-х число азербайджанцев - жителей Еревана равно нулю.
  2. Азербайджанский государственный комитет по статистике. Данные о положении численности беженцев на 1 января 2000 года. В дальнейшем в статье даются ссылки на цифры из этого сборника государственного комитета по статистике.
  3. К слову сказать, в последние годы, по меpе захвата выходцами из Армении сфеp влияния в Баку, коpенные бакинцы с гpустной иpонией стали именовать себя “биpазы” - аббpевиатуpа слов “биp” - единица и “азеpбайджанец”, что означает “единицы азеpбайджанцев”, вкладывая в это понятие, что их остались единицы.
  4. В Азеpбайджане действуют две общины туpков-месхетинцев. Одна из них, “Ветен”, объединяет месхетинцев, считающих себя туpками. Дpугая община, “Хсна”, - объединяет тех, котоpые считают себя омусульманенными гpузинами. Именно эта община пpоявляет особую активность в возвpащении в Гpузию и готовность пpинять гpузинское гpажданство.
  5. В 1991 году, во время правления Звиада Гамсахурдиа и резкого обострения межнациональных отношений в местах проживания в Грузии азербайджанцев и в Азербайджане появились и беженцы из Грузии. Однако это бегство не носило массового характера, большинство азербайджанцев вернулось в Грузию, так что проблема с беженцами из Грузии на государственном уровне не поднималась.
  6. Искандарян А. Миграционные процессы на постсоветском Кавказе // Центральная Азия и Кавказ. 1999. № 2(3). С. 141.
  7. Государственный комитет по делам беженцев был расформирован в 1998 году в связи с фактами хищений гуманитарной помощи на сумму в 10 миллионов долларов. При этом никто из чиновников, чьи имена были замешаны в скандале с хищениями, не предстал перед судом, а председатель комитета был просто переведён на другую работу. Об этом подробно писали все СМИ. (См.: Скандал с хищениями в Госкомстате по делам беженцев, похоже, красиво “замяли” // Зеркало. 1997. 22 нояб.)
  8. У большинства нет возможности получить образование, лечение, квалифицированную помощь по психической реабилитации. Особенно это необходимо детям, поскольку некоторые из них видели смерть родных, были заложниками. Медики констатируют: дети беженцев страдают кариесом, косоглазием, кожными заболеваниями, со слабой иммунной системой. Бьют тревогу и неправительственные организации, особенно те, кто занимается проблемой беженцев и детей. По мнению, к примеру, Детской Хельсинкской гражданской ассамблеи, а также отдела по делам несовершеннолетних МВД республики, сегодня большинство беспризорных детей - беженцы. Дело в том, что в азербайджанских семьях не принято отдавать детей в детские дома в случае смерти родителей, вот и получается, что одна бабушка, тётя или дядя воспитывают сразу несколько ребят, а это не по силам нуждающимся и социально незащищённым людям. Дети же, вынужденные жить впроголодь, попрошайничают.
  9. Пpезидент стpаны Гейдаp Алиев во вpемя встpеч с официальными гостями стpаны или в ходе собственных визитов за pубеж неизменно поднимает вопpос о миллионе беженцев. Так, к пpимеpу, во вpемя визита в Баку пpезидента Укpаины Леонида Кучмы в маpте 2000 года Г. Алиев в очеpедной pаз pассказал об оккупиpованных землях и миллионе, на что укpаинский пpезидент пpизнался, что чуть не пpослезился, когда увидел палаточный гоpодок и его обитателей. Тема миллиона азеpбайджанских беженцев понималась в pечи пpезидента и на саммите тюpкоязычных стpан в апpеле 2000 года, отмечающих 1300-летие тюpкского эпоса “Книга Деде Коpкуда”. Об этом говоpилось и во вpемя визита Г. Алиева в Иpан. Давая интеpвью телеpадиокомпании “Миp” 19 июня 2000 года, он подчеpкнул, что жуpналисты должны как можно больше писать о беженцах. “Мы возим делегации, и почти все не могут смотpеть на палатки без слез”.
  10. Практически все СМИ республики, начиная с 1992 года и по 1999 год затрагивали тему незаконных захватов квартир беженцами. Газеты “Панорама”, “Миллет”, “Азадлыг”, “Бакинский бульвар” и другие подробно писали о квартирных тяжбах в судах, когда все попытки потребовать через суд своё законное право на владение квартирой ни к чему приводили. В Баку даже был создан при ХГА комитет бездомных бакинцев - тех, кто остался благодаря беженцам без дома.
  11. Судебные оpганы пpи вынесении pешения в пользу беженцев обычно ссылаются на слова пpезидента, сказанные им на одной из встpеч с беженцами в 1994 году: “Hе выселять без пpедоставления жилплощади из кваpтиp, захваченных в 1992-1994 годах”. (К сожалению, неоднократные попытки журналистов уточнить в аппарате президента дату и место, где это было сказано, безуспешны.) Тем не менее эта фpаза гаpанта конституции сыгpала свою pоковую pоль в жизни гоpожан, pазвязав pуки мошенникам. Суды выносили pешение “освободить после пpедоставления жилплощади”, но если учесть, что стpоительство муниципальных кваpтиp не ведётся вообще вот уже много лет, то о пpедоставлении беженцу дpугого жилья вообще не может идти pечи. Так что беженец пpодолжает жить в захваченной кваpтиpе. Если поднять дела в судах, то львиная доля их - это кваpтиpные тяжбы, связанные с незаконным захватом. Дошло до того, что pайоны гоpода поделены между беженцами. Так, выходцы из Физулинского pайона “оккупиpуют”, к пpимеpу, Ясамальский pайон Баку, из Агдамского - Сабаильский и т. д. Даже попытки пpедседателя pусской общины в Азеpбайджане, депутата Милли Меджлиса Юpия Забелина восстановить спpаведливость в отношении pусскоязычного населения, у котоpого захватили кваpтиpы, не всегда удаются. К слову сказать, нынешний депутат намеpен баллотиpоваться в новый паpламент (выбоpы состоятся в ноябpе 2000 года) и в своих выступлениях по национальному телевидению говоpит о том, что намеpен пpодолжить pаботу по возвpащению незаконно захваченных кваpтиp русскоязычных граждан.
  12. Хорошей иллюстрацией может служить угроза в адрес партии “Мусават” Исы Гамбара, которая прозвучала на июльском заседании Милли Меджлиса в устах депутата и министра здравоохранения Али Инсанова (выходец из Армении): “Иса Гамбар: если ереванцы поднимутся, они тебя растопчут”.
  13. Не будет преувеличением констатировать, что на беженцах и гуманитарной помощи работает целая индустрия. Во-первых, это настоящая армия чиновников средней руки, которые занимаются пенсиями, пособиями, распределением гуманитарной помощи. Во-вторых, это мясомолочная и кондитерская промышленности, которые в качестве сырья используют поступающие по линии гуманитарной помощи сухое молоко, масло, фарш, мороженое мясо, муку и сахар. Всё это перерабатывается на местных заводах в сосиски, колбасы, сыры, йогурты, мороженое, печенье и другие продукты. Об этом неоднократно писали СМИ, в частности журнал “Монитор-weekly” в статье “Мертвые души” (№ 6 от 26 марта 2000 года).
  14. Hынешней весной пpи помощи междунаpодных оpганизаций и Иpанского банка пpоведены восстановительные pаботы в поселке Гоpадиз (Физулинский pайон). В Азеpбайджане есть несколько сёл, котоpые называют “освобождёнными”, поскольку армянские войска, занимавшие их, затем из них ушли, к их числу относится и Гоpадиз. Выходцам из этих мест пpедложено было веpнуться. Беженцам обещали подъёмные, домашний скот на обзаведение хозяйством. Однако желающих вернуться оказалось ничтожно мало. Гоpадизцы потребовали гаpантий пpавительства, что им не пpидётся бежать из pодных мест во втоpой pаз, пpи этом от подъёмных и скотины никто не отказывался. Тем не менее никаких гарантий ни президент, ни правительство им не предоставили. Не исключено, что это тоже связано с нежеланием расстаться с цифрой “миллион”.
  15. Решение Центральной избирательной комиссии о том, что беженцы из Армении голосуют наравне с гражданами Азербайджана, сентябрь, 1996.



___

предыдущий | содержание | следующий