Поиск по сайту
Андрей Дмитриевич Сахаров. Биография. Летопись. Взгляды
Музей и общественный центр им. Андрея СахароваГлавная страница сайтаКарта сайта
Общественный центр им.Андрея Сахарова
Сахаров
А.Д.Сахаров
Анонсы
Новости
Музей и общественный центр имени А.Сахарова
Проекты
Публикации
Память о бесправии
Воспоминания о ГУЛАГЕ и их авторы
Обратная связь

RSS.XML


Пожертвования







Андрей Дмитриевич Сахаров : Библиографический справочник : в 2 ч. Ч. 1 : Труды : Электронная версия


Фильм Мой отец – академик Сахаров :: открытое письмо Генеральному директору Первого канала Константину Эрнсту


 НОВОСТИ   АФИША   МУЗЕЙ И ОБЩЕСТВЕННЫЙ ЦЕНТР   ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ    КАЛЕНДАРЬ 
    Главная >> Памяти ушедших>>    
 

Памяти Елены Георгиевны Боннэр

Елена Боннэр

Елена Боннэр
15 февраля 1923 - 18 июня 2011

Не стало Елены Георгиевны Боннэр.

18-го числа (сб), в 22:00 по московскому времени у нее остановилось сердце.

Траурная церемония состоится в Бостоне, во вторник, 21-го числа.
 



Памяти Елены Георгиевны Боннэр
 
18 июня с.г. ушла из жизни Елена Георгиевна Боннэр – создатель Общественной Комиссии по сохранению наследия академика Сахарова, ее первый и многолетний председатель. Организм не выдержал многомесячной напряженной борьбы с осложнениями после тяжелой сердечной операции.
 
Елена Георгиевна родилась в 1923 году.  Ее отец был расстрелян, а мать на 15 лет загнали в лагеря и ссылки. Елена Георгиевна прошла всю войну, была контужена, почти полностью потеряла зрение, лишь частично восстановившееся после войны. Она стала врачом, растила детей, участвовала в международной акции по ликвидации оспы во всем мире.
 
Она знала и любила русскую литературу, в особенности – поэзию. У нее было много друзей. Ее открытая жизненная позиция не могла не привести к столкновению с окостеневающей тоталитарной системой, стремящейся управлять мыслями своих граждан. Начиная с конца 60-х ей пришлось бороться за «самолетчиков», «хулиганов», «психов», «самиздатчиков», «клеветников», «верующих», «политзэков» - за право на существование в нашей стране живой и независимой мысли.
 
Ей посчастливилось встретить на этом пути выдающегося человека, с которым они стали неразрывны. Вместе им удалось сделать невообразимо много. Они стали легендой еще до того, как государство признало перед ними свое поражение. После возвращения им свободы они продолжали отстаивать приоритет личности перед государством.
 
Елена Георгиевна была очень привязана к семье. Для нее было счастьем рождение внуков и правнуков. Ей довелось много повидать, и она умела увлекательно об этом рассказывать.
 
Елена Георгиевна всегда откликалась на то, что происходит в мире. Она написала несколько книг, сотни статей, обращений и писем, стараясь повлиять на ход событий.
Она умела держать себя ровней руководителям государств и не старалась выделиться перед «рядовыми гражданами».
 
Она была самодостаточным человеком. Главным в общении с другими была для нее радость общения. Нам повезло это испытать.
 
Общественная Комиссия по сохранению наследия академика Сахарова


Дорогие Таня и Алеша!
 
Общественная Комиссия по сохранению наследия академика Сахарова глубоко сочувствует вашему горю.
 
Елена Георгиевна была вдохновителем, создателем и многолетним председателем Общественной Комиссии. Это позволяет нам говорить о ней как о старшем товарище.
 
Огромный жизненный опыт, приверженность к семье и близким, сопротивление насилию и помощь гонимым, преданность Андрею Дмитриевичу, а после его ухода – памяти о нем, знание культуры, неустанные попытки изменить мир к лучшему – не перечислишь всего, что являлось частью ее личности.
 
Для нас было важно, что рядом с нами находится абсолютно незаурядный человек, содержательный и красивый, активный и открытый добру. Для нас, как и для многих в нашей стране, уход Елены Георгиевны - огромная потеря.
 
Наши искренние соболезнования вам, вашим детям, внукам и всем близким.
 
Правление Общественной Комиссии по сохранению наследия академика Сахарова.



Родным и друзьям
Елены Георгиевны БОННЭР
 
 
Сегодня я узнал о кончине Елены Георгиевны Боннэр.
 
Выражаю искренние соболезнования родным и друзьям этой замечательной женщины, выдающейся общественной деятельницы, правозащитницы, жены и соратницы Андрея Дмитриевича Сахарова.
 
Елена Георгиевна была его опорой и самым верным, преданным другом. Она разделила все тяготы и невзгоды, выпавшие на его долю. Союз Елены Боннэр и Андрея Сахарова навсегда останется примером большой любви и верности общим идеалам.
 
Елена Георгиевна была благородной Личностью, оставившей глубокий след в памяти людей и в России, и в мире. До конца жизни она оставалась мужественным борцом за права и достоинство человека. Она искренне любила Россию, защищала Родину на фронтах Великой Отечественной войны. Елена Боннэр страстно желала видеть Россию свободной, демократической, процветающей – ради этого она жила.
Я всегда уважал и высоко ценил Елену Боннэр. Мы часто спорили, но я чувствовал ее поддержку, и с годами взаимопонимание между нами росло. К ее суждениям и оценкам я всегда относился с особым вниманием. И я глубоко переживаю уход Елены Георгиевны как личную потерю.

Светлая память о Елене Георгиевне Боннэр сохранится навсегда.
 
М.С. Горбачев
  
19 июня 2011 года
 

Дорогие Аня и Мотя,

вчера я узнала о смерти Елены Георгиевны.

Елена Георгиевна была очень добрым и светлым человеком. Мои воспоминания о ней бесконечно самые светлые и радостные.

Я очень благодарна ей за слова поддержки и письма.

Примите мои самые искренние соболезнования. Передайте мои соболезнования вашей маме и всем, кому считаете нужным.
Евгения Риле,
20.06.2011


 UVAZAEMYE DRUZYA,UMERLA YELENA G.BONNER.ETO BOLSHAYA BOL DLYA  VSECH.YELENA G.BONNER BYLA SOVESTYU Russia,Soviets,ona BYLA SOVEST  VSEGO MIRA,GOLOS PRAVDY ,SILAOY V BORBYE S DIKTATUROY.ELENA G.BONNER  BYLA PRAVDOY-SUDYEY REGIMOV,STRACHOM DLYA NESVOBODNYCH STRAN.

 ONA BYLA ,EST,BUDET SUDYEY  POLITIKY DLYA PRAVDY V ETOM TYAZOLOM MIRE .

 YA KHOCHU SKAZAT SEMYE YELENA G.BONNER:YELA G.BONNER,ANDREY D.SAKHAROV
 VSEGDA BUDUT V PAMYATY.
 V ETY DNY MY S SEMYEY BONNER,SAKHAROV.

PAUL LUKOWSKI,
19.06.2011


Дорогие  сахаровцы!

Вместе с вами скорбим о кончине  Елены  Георгиевны  Боннер.   Наш народ и так  неполный, лишился  самой стойкой несогласной. Несогласной  с жесткостью, пошлостью и  бесстыжестью  российской
власти. И теперь нам осталось только сожалеть о конечности  человеческой жизни. И восхищаться  такой трудной и  такой  яркой судьбой, какую выстроила, выстрадала сама себе   Елена Георгиевна.

Вечная ей память!
 

Валентина Шарипова,
Тверской «Мемориал»,
19.06.2011



Мы присоединяемся ко всем словам соболезнований:
Гали Акыш - почетный президент «Всемирной лиги татар» (Турция).
Председатель ВТОЦ имени Марата Мулюкова - Галишан Нуриахмет.
Председатель регионального общественного фонда беженцев и вынужденных переселенцев «Татарстан» - Юнус Камалутдинов.
Председатель Татарского общественного центра (ТОЦ) - Рафис Кашапов.
Писатель, кандидат исторических наук, Председатель татарской партии национальной независимости «Иттифак» - Фаузия Байрамова.
Председатель ассоциация «Татарские учителя» - Фарит Рахимов.
Ильдар Хасанов - правозащитник, учредитель и редактор газеты «Гражданское достоинство - свободный выбор» (Республика Башкортостан).
Украина, Киев - политэмигрант Нафис Кашапов.
Председатель Шуры Аксакалов (Совета старейшин) - Габделбарый Зиннуров.
Народно-демократической партии (НДП) «Ватан» - Мухаммад Миначев.
Айдар Халим - писатель, публицист, поэт, Татарстан.
Председатель Милли Шура (Национальный Совет) - Азат Аглиулин.
Директор татарской гимназии г. Белебея (Башкортостан) - Нурмухаммет Хусаинов.
Татарский писатель, общественный деятель - Заки Зайнуллин.
Елена Маглеванная, журналист- правозащитник.
Сергей Крюков, независимый журналист.
Дамир Шайхразиев - член Президиума ВТОЦ (г. Н. Челны).
Ривхатулла Мифтахутдинов - председатель комитета Самозащиты прав инвалидов, престарелых и ветеранов
(г. Н. Челны).
19.06.2011


Всехняя Люся


Так прозвали ее узницы АЛЖИРа (Акмолинский лагерь жен изменников родины) где сидела ее мама Руфь Григорьевна и которым она, Елена Геооргиевна, Люся, посылала посылки, притворяясь то сестрой, то племянницей, то еще кем из родни чтобы скудные посылки эти дошли до адресатов (повзрослев, она также непринужденно стала "тетей" "самолетчикам"). Она не щадила себя когда вытаскивала раненных из под обстрела, когла слала посылки эти, когда не считала часов спасая недоношенных новорожденных, когда основала фонд для детей политзаключенных, когда, рискуя жизнью и свободой, говорила правду в стране лжи.

Елена Георгиевна была женой, любовью и другом Андрея Дмитриевича Сахарова, но никогда - его тенью. Поэтому ее голос не умолк и после смерти Сахарова.

Страстная, горячая натура (южная кровь), она прямо говорила о своих привязанностях и неприязнях. Ее темперамент, смелость, искренность, ее тепло не раз помогали многим. Она стала частью жизни каждого из нас, ее друзей. Этого смерти не вычеркнуть. Она и в самом деле стала "всехняя", Елена Георгиевна Боннер. Такой она и останется в нашей памяти.

Иван Ковалев
Татьяна Осипова (Ковалева)





От лица всех сотрудников Музея А.Д.Сахарова в Нижнем Новгороде и от себя  лично выражаю глубочайшие соболезнования по поводу кончины Елены Георгиевны. Известие о её смерти чрезвычайно нас опечалило. Она была яркой и сильной личностью, достойной уважения и восхищения!

Скорбим вместе с вами.
Директор Музея А.Д.Сахарова
Любовь Потапова

20.06.2011



ЕЛЕНA БОННЭР

Вчера, в Бостоне, в почтенном возрасте 88 лет, скончалась известная советская диссидентка Елена Боннэр, жена и верная соратница Aндрея Cахарова.

Благодаря своему мужeству, своим взглядам, упорству и настойчивости в достижении цели, Елена Боннэр стала легендарной личностью в кругу советских диссидентов. Хотя не все и не всегда с ней во всeм соглашались, но ее взгляды были очень важны для всех; ее позиции иногда вызывали бурные дискуссии и споры. И хотя она не всегда выходила победительницей из таких дискуссий, это никак не отражалось на том уважении, которое к ней питали как ее друзья, так и противники. Вместе с Aндреем Cахаровым она принимала активное участие в борьбе за права человека, за освобождение политзаключенных – узников совести, за улучшение условий их жизни в советских концлагерях, а также всячески помогала политзаключенным после их выхода на свободу. Десятки бывших политзаключенных до сих пор с благодарностью об этом вспоминают.

Когда я в сентябре 1973 г. отправлял из Праги в лондонскую газету «Таймс» телекс, в котором я «ходатайствовал»», чтобы Aндрею Cахарову присудили Нобелевскую премию мира, то я не мог себе представить, что через два года, в Осло, смогу лично познакомиться с Еленой Боннэр. В 1975 г. Cахаров действительно получил Нобелевскую премию мира, и я стал одним из его немногочисленных личных гостей, которых он – вместе с Еленой Боннэр – пригласил на церемонию вручения премии и на ужин с Норвежским королем.

Поскольку Aндрей Cахаров был физиком, а Елена Боннэр «только» врачом, то я в Осло оказался как бы ее личным неофициальным советчиком в области физики. В последний день своей жизни Aндрей Cахаров начал писать предисловие к русскому изданию моей книги «Нет, я не сожалею». После его смерти Елена Георгиевна дописала к его неоконченному предисловию следующие строчки:
«Мы хорошо знакомы с доктором Яноухом. Сначала было знакомство по письмам, не всегда легально пересекавшим нашу границу, которая, как известно, была на замке. Позже – лично. Сначала познакомилась я – Франтишек был гостем на церемонии вручения Нобелевской премии мира Андрею Сахарову. Премию по доверенности принимала я. Самого лауреата в Осло не пустили «по соображениям секретности»…. Во время церемонии и особенно на долгой, трудной пресс-конференции, под десятками юпитеров и шквалом вопросов нескольких сотен представителей всей мировой прессы, я часто направляла взгляд к правой стороне зала, где сидели «свои». А на один из «физических», боясь быть неточной, попросила ответить Франтишека…»

Елена Боннэр критически относилась к политическому развитию в России, причем не только в 90-е годы, но и вплоть до сегодняшнего дня. После распада CCCР она жила главным образом в CШA: не только потому, что там жили ее дети и внуки, но, также, из-за ее критического отношения к тамошним власть предержащим. Оттуда, из Бостона, она до последних месяцев жизни писала свои полемические тексты.
В лице Елены Боннэр ушла из жизни одна из «последних могиканов» поколения видных советских диссидентов, которые не только внесли свою лепту в распад CCCР, но благодаря неустанной деятельности которых начали постепенно осуществляться те изменения, которые происходят в России за последние два десятилетия.

Франтишек Яноух
2011-06-19, Cтокгольм, Швеция



Елена Боннэр,  Письмо Посла Чешской Республики




Коллектив Международного государственного экологического университета имени А.Д. Сахарова скорбит в связи с кончиной вдовы академика А.Д. Сахарова Елены Боннэр, всемирно известного советского и российского общественного деятеля, правозащитника и публициста.

Елена Георгиевна была не просто выдающимся человеком, она внесла огромный вклад в общественное правозащитное движение, входила в комиссию по правам человека при президенте России с момента ее основания. Будучи  прекрасной женщиной, хорошей матерью и любящей женой  она стала еще и надежным соратником для своего мужа, А.Д.Сахарова, чье имя с гордостью носит наш университет. Практически с основания МГЭУ им. А.Д.Сахарова Елена Георгиевна в составе Международного попечительского комитета принимала непосредственное участие в деятельности университета.

Жизненный путь Елены Боннэр был нелегким, но ярким и самоотверженным.

Выражаем соболезнования родным и близким в связи с потерей дорого им человека.

 

С уважением,
ректор, профессор
С.П. Кундас

21.06.2011



Елена Боннэр,  Письмо из Нагорно-Карабахской Республики




Елена Боннэр,  Теллеграма Президента Российской Федерации Дмитрия Медведева




Елена Георгиевна

Елена Георгиевна сыграла в моей жизни огромную роль. Я знакома с ней с 13-14 лет – с тех пор, как в мой класс пришла ее дочка и мы подружились (1963-64гг.). Я часто бывала в Танином доме на Земляном валу и вскоре полюбила всю семью, особенно Руфь Григорьевну, Танину бабушку. Это была необычная семья, совершенно не похожая на мою и другие знакомые мне семьи. Я была своенравным подростком и не особенно жаловала общество взрослых – поздоровался и скорей в другую комнату, и закрыть дверь, но в доме Руфи Григорьевны и Елены Георгиевны было совсем другое дело. С этими взрослыми было интересно, с ними можно было нормально разговаривать, их мнение имело значение, их общество не подавляло - я чувствовала себя всегда свободно. В этом доме я много слушала Окуджаву и Высоцкого, впервые услышала и полюбила Новеллу Матвееву, Галича. Много позже я смогла оценить, каким талантливым человеком была сама Елена Георгиевна, я прочла все ее книжки, особенно мне нравится «Дочки-матери», посвященная всем замечательным женщинам этой семьи. Я благодарна судьбе, что она привела в мою жизнь такого доброго, умного, тонкого и талантливого человека. Уверена, что я не одна такая, что Елена Георгиевна имела очень большое влияние на формирование мировоззрения огромного количества людей, которые будут всегда вспоминать ее с любовью и благодарностью.

Лена Риле - Воробьёва
21.06.2011




Дорогие Таня, Алеша и все-все!
Такое сообщение мы получили сейчас из Иерусалима:
yih'e zikhra barukh 
Да будет благословенна её память
 
Примите наши самые искренние соболезнования!
Это наша общая тяжелейшая утрата

Боря
&
Лариса

19.06.2011


Елена Боннэр,  Письмо из Британского посольства




ПОДВИГ

Памяти Елены Георгиевны Боннэр

Её энергии и работоспособности хватило бы на много жизней. При этом она не забывала быть страстной и любящей дочерью, матерью, бабушкой, а последнее время и прабабушкой. Такой запомнилась всем, кто её знал, Елена Георгиевна Боннэр.

Она ушла из жизни в субботу, 18 июня 2011 года, после продолжительной болезни, в возрасте 88 лет. Выдающийся общественный деятель, правозащитник, вдова академика Андрея Дмитриевича Сахарова. Внесшая неоценимый вклад в общественное развитие России и всего мира.

Елена Боннэр (друзья называли её Люся) родилась 15 февраля 1923 года в Туркменистане. Её отца Геворка Алиханова расстреляли советские палачи в 1937-ом, а её мать Руфь Боннэр многие годы была узницей советских тюрем и лагерей.

В войну Люся  -  санитарка и медсестра на фронте, перенесла там ранения и была награждена правительством за свою героическую службу. Годы спустя она написала, что военные годы научили её уважать все народы и быть терпимым ко всем религиям. Самое отвратительное учение, - писала она, - это учение о превосходстве одних наций над другими.

После войны Люся поступила в медицинский институт, стала врачом. В 60-е активно участвовала в диссидентском движении, подписала письма протеста против преследований людей за их убеждения. Среди её деятельности того времени - участие в Хельсинкском движении и передаче на Запад лагерных дневников Эдуарда Кузнецова. В это время она знакомится с Андреем Дмитриевичем Сахаровым, за которого выходит замуж в 1972 году.  Они прожили вместе, до смерти Сахарова в 1989 году. Их любовь и глубочайшая привязанность друг к другу была легендарной и очевидной для любого, кто видел их вместе.

Их небольшая квартира в Москве была открыта  для всех: друзей и просто знакомых, для каждого, кто готов был "засветиться" и прийти туда, рассказать о  произволе советских властей, о преследованих, пытках в лагерях и психушках. Кватира всегда была полна крымскими татарами, евреями-отказниками, диссидентскими активистами и Западными корреспондентами. Об этой квартире были специальные доклады КГБ в адрес Политбюро, Елене угрожали арестом и лагерем. Про неё распространялись гнусные антисемитские сплетни, пытались объяснить общественную деятельность Сахарова её "сионистским" влиянием.

В 1980 году Сахарова арестовали и сослали в Горький, куда вместе с ним, поначалу добровольно, поехала и Люся. Чтобы не исчезнуть и не погибнуть в изоляции, защитить от преследования свою семью, Андрей Дмитриевич проводил мучительные голодовки. 

Сахаровы вернулись в Москву в 1986 году по личному распоряжению Горбачёва. Момент их возвращения  в Москву символизировал подлинное начало Перестройки. Последние годы жизни Сахарова прошли в беспрерывной деятельности, в попытках укрепить наметившиеся демократические перемены в Советском Союзе.

После смерти Андрея Дмитриевича Люся активно продолжила общественную деятельность, добилась открытия Музея и общественного Центра Сахарова, написала многочисленные статьи и письма с критикой постсоветского развития Советского Союза и России. Её здоровье к этому времени ухудшилось, ей приходилось проводить всё больше времени на лечении, сперва в Москве, а потом в Бостоне. Несмотря на это она написала и издала две автобиографические книги, разобрала архивы Сахарова, отредактировала и подготовила к изданию его книги. Она встречалась со многими крупными общественными деятелями Запада, пытаясь убедить мир, что едва успевшая родиться российская демократия превращается под Путиным в авторитарный режим, всё больше напоминающий Советский Союз.

Елена Боннэр осталась примером мужества, совестливости, благородства.

Мы посылаем нашу любовь и сочувствие её детям Тане и Алёше, а также многочисленным внукам и правнукам Елены Георгиевны и призываем всех восхищаться и удивляться трудной и замечательной жизнью Елены Георгиевны Боннэр.

Павел Литвинов, Александр Есенин-Вольпин, Владимир Буковский, Владимир Альбрехт, Софья Исакова.


Текст опубликован в журнале "Кругозор".
Александр Зарецкий, сотрудник журнала, и Александр Болясный, главный редактор "Кругозора", предлагают присоединиться к тексту и поставить свою подпись, заполнив под публикацией форму комментария.

http://www.krugozormagazine.com/show/Bonner.1125.html





Мы, армянские политзаключенные советского периода, выражаем наши искренние соболезнования родным, близким и друзьям Елены Боннэр по поводу ее кончины. Она была одним из самых известных советских правозащитников, твердым и решительным человеком. Каждый из нас в свое время чувствовал ее защиту и поддержку. Ее опыт бескомпромиссной борьбы актуален и сегодня.
Скорбим с близкими.
 
Вардан Арутюнян
Паруйр Айрикян
Азат Аршакян
Размик Маркосян
 
21.06.2011



Здравствуйте, уважаемая  Евгения Элеонардовна!

         Наш коллектив с печалью узнал о смерти Елены Боннер. Мы хорошо  знаем о её деятельности, о совместных трудах с великим Андреем Сахаровым.  В сентябре 1989 года они и Г.Старовойтова были  у нас в Челябинске на открытии мемориала "Золотая Гора!, где  в 30-е годы расстреляны тысячи невинных жертв репрессий. Скорбим вместе с вами.           

 Костина  С.В., Миасс
 21.06.2011



Евгения Элеонардовна! Выражаю соболезнование и глубоко скоблю о кончине Е.Боннер. Это большая утрата для Центра Сахарова, который стал для нас родным домом по конкурсу. Она была ярким примером тому., как строить свою жизнь.

 Спаси, Господи, наши души.

 С уважением Рогозин А.В., Мордовия
 20.06.2011



Уважаемые коллеги, уважаемые Алексей и Татьяна,

Примите наши соболезнования в связи с уходом Елены Георгиевны Боннэр. Ее смерть - огромная потеря для очень многих людей и организаций в России и вне ее, связанных с правами человека, потеря личная, глубоко и болезненно переживаемая.

Елена Георгиевна Боннэр была и остается в нашей памяти безусловным нравственным <<направляющим>>, человеком редкой прямоты, мужества, человеком высокого и благородного дела, которому она служила до последних дней, главным земным собеседником и соратницей Андрея Дмитриевича Сахарова.

С почтением и скорбью,
Коллектив Human Rights Watch
23.06.2011



18 июня 2011 года в Бостоне (США), на 89-м году жизни умерла известный правозащитник, видный общественный деятель за развитие демократии, вдова и соратница академика Андрея Сахарова Елена Боннэр.

В судьбе этой мужественной женщины, вынесшей на протяжении всей своей жизни множество испытаний, непосредственно отразились все социально-политические катаклизмы ХХ столетия, привнесенные коммунистическим режимом СССР. В 14 лет она осталась без родителей, когда в мае 1937 года арестовали, а в феврале 1938 года расстреляли ее отца, мать же, приговоренную в 1938 году к 8-ми годам лагерей, освободили лишь в 1946 году.

С началом войны Елена Боннэр добровольцем пошла на фронт, демобилизована в августе 1945 года в звании лейтенанта медицинской службы и с инвалидностью второй группы – почти полная потеря зрения правого глаза и прогрессирующая слепота левого глаза, как следствие контузии.

После войны Елена Боннэр закончила Ленинградский медицинский институт, работала в системе здравоохранения, одновременно занималась литературной деятельностью, печаталась в журналах «Нева», «Юность, «Литературной газете» и других изданиях.

В 1965 году Елена Боннер вступила в КПСС, но после событий осени 1968 года сочла свой шаг неправильным и в связи со своими убеждениями вышла из КПСС.

В январе 1972 года вышла замуж за Сахарова Андрея Дмитриевича, с которым познакомилась в 1970 году в Калуге во время суда над правозащитниками Револьтом Пименовым и Борисом Вайлем.

В 60-80-е годы Елена Боннэр выступала инициатором протестов против судебных преследований диссидентов, содействовала распространению правдивой информации о судебных процессах.

В 1974 году основала фонд помощи детям политзаключенных в СССР.

В 1975 году представляла академика Андрея Сахарова на церемонии вручения ему Нобелевской премии мира в Осло.

Елена Боннэр была одним из наиболее последовательных и принципиальных правозащитников СССР, выступавших в поддержку прав крымскотатарского народа. В памяти крымскотатарского народа навсегда останется мужество и стойкость, продемонстрированные ею во время Омского процесса 1976 года – судилища, организованного советским режимом над участником крымскотатарского национального движения и правозащитника Мустафы Джемилева, на который она приехала из Москвы вместе с Андреем Сахаровым.

После ссылки Андрея Сахарова в Горький в 1980 году и до своего ареста в мае 1984 года осуществляла связь Сахарова с Москвой и Западом. В августе 1984 года Горьковским областным судом признана виновной по ст. 190-1 УК РСФСР “так как она систематически распространяла в устной форме заведомо ложные измышления, порочащие советский государственный и общественный строй, а равно изготовляла в письменной форме произведения такого же содержания”. Назначенная мера наказания – 5 лет ссылки в г. Горьком.

По возвращении в Москву в 1987 году вместе с академиком Андреем Сахаровым принимала непосредственное участие при зарождении таких общественных объединений и клубов, как “Мемориал”, “Московская трибуна” и др.

После смерти Андрея Дмитриевича Сахарова создала и возглавила неправительственную международную организацию “Общественная комиссия по увековечению памяти Андрея Сахарова – Фонд Сахарова”.

Являясь членом комиссии по правам человека при президенте России со дня ее основания, покинула ее 28 декабря 1994 года в связи с невозможностью сотрудничества с администрацией президента России, развязавшей российско-чеченскую войну.

Была членом Совета директоров международной лиги прав человека при ООН, принимала участие в конференциях ООН по правам человека (Вена), сессиях Комиссии ООН по правам человека (Женева).

С 1997 года была членом Инициативной группы “Общее действие”, созданной участниками демократического движения 60-70-х годов и представителями активно действующих правозащитных организаций.

Елена Боннэр - автор книг, посвященных деятельности академика Андрея Сахарова и правозащитного движения в СССР и изданных на многих языках, а также многих публицистических материалов в российской и зарубежной прессе, обладатель звания почетного доктора права ряда европейский и американских университетов, международных премий и наград.

В благодарной памяти крымскотатарского народа имя Елены Боннэр навсегда сохранится как символ беззаветного человеческого служения идеалам справедливости, добра и демократии.

Меджлис крымскотатарского народа выражает искреннее соболезнование родным, близким, друзьям и соратникам Елены Боннэр в связи с постигшей всех нас тяжелой утратой.

Меджлис крымскотатарского народа,
20 июня 2011 года, г. Акъмесджит (Симферополь)




Елена Боннэр, Фонд СЭИП. Филатов С.А.




Елена Боннэр,  Правительсвенная теллеграма




                                    Многоуважаемая Евгения Элеонардовна,

Меня потрясло известие о кончине в далёком американском Бостоне великой женщины России – Елены Георгиевны Боннэр. В годы советского бесправия и всеобщей лжи я ловил каждую новость о семействе Сахаровых,  верил, что где-то есть другие люди и другая жизнь.  Судьба не предоставила мне возможность лично знать Елену Георгиевну, но я много знаю о ней из прошлой выставки, посвящённой её восьмидесятилетию, из книг:   « Постскриптум», полученной в свое время от «Русской мысли», «Дочки-матери», которая стала также и одной из любимых книг моей дочери. Уверен, что для многих русских людей яркая, неординарная жизнь Елены Георгиевны станет примером.

 

С уважением,
Владимир Гудзенко, Луховицы, Подмосковье, Россия

27.06.2011




В 1979 году я приехала в Москву с чемоданом, набитым теплыми вещами для правозащитников, сидящих в сибирских лагерях. Еще у меня был с собой драгоценный телефонный номер людей, с которыми мы не были лично знакомы — Елены Боннэр и ее мужа, лауреата Нобелевской премии Андрея Сахарова.
 
По официальной версии я отправилась в Москву с группой издателей посетить Московскую книжную ярмарку. Неофициально же я приехала для того, чтобы повидать преследуемых членов Московской Хельсинкской группы (МХГ) и сказать им, что они не одни. Объяснить им, что мы создали организацию Хельсинки Вотч (которая впоследствии станет называться Хьюман Райтс Вотч), чтобы оказывать им поддержку и предавать гласности политику репрессий в СССР.
 
В квартиру Сахаровых я принесла с собой бесценный для хозяев подарок — фотографии их детей и внуков, живущих в Бостоне, штат Массачусетс. Я смотрела, с какой радостью Сахаровы разглядывали лица внуков, которых никогда не видели, и меня захлестывала волна возмущения перед жестокостью власти, не дающей этой и другим семьям возможности навестить своих близких, написать письмо, позвонить по телефону. Во времена правления Леонида Брежнева жители СССР были полностью отрезаны от окружающего мира: телефон прослушивался, почта цензурировалась, радио- и телепередачи блокировались, выездные визы не выдавались.
 
Елена Боннэр согласилась организовать для меня встречу с Московской Хельсинкской группой. Она предупредила, что как только встреча состоится, за мной начнут следить, и посоветовала провести ее перед самым отъездом. Так что мы собрались в квартире Сахаровых в мой последний день в Москве: я пришла с чемоданом, а потом поехала прямиком в аэропорт.
 
Что же это были за люди, разговор с которым был чреват столь серьезными проблемами? С десяток человек, в основном немолодые женщины. Те, кто помоложе — лидеры группы: Юрий Орлов, Анатолий Щаранский и Александр Гинзбург — были арестованы и приговорены к долгим тюремным срокам, лагерям строгого режима, ссылке. За что? За то, что рассказывали правду о преследованиях со стороны властей.
 
Я предполагала, что те, с кем мне удалось встретиться, избежали ареста, потому что были знамениты, как Сахаровы, или потому что это были женщины или старики. Но я ошибалась. В течение нескольких месяцев многих из них тоже арестовали. Сахаровых сослали в закрытый город Горький, где они жили фактически под домашним арестом. Все мои попытки получить визу для въезда в Советский Союз пресекались. Потребовались восемь лет и смена руководства страны, прежде чем я смогла вернуться в Россию.
 
С приходом к власти Михаила Горбачева начались реформы. Одним из первых признаков перемен стало получение Еленой Боннэр в октябре 1985 года разрешения покинуть Горький и поехать в Бостон на операцию на сердце. Двенадцатого мая 1986 года, в десятую годовщину основания Московской Хельсинкской группы, состоялось счастливое воссоединение Елены Боннэр, выздоравливающей после коронарного шунтирования, Анатолия Щаранского (ныне Натана Щаранского), освобожденного из тюрьмы в обмен на советского шпиона, и Людмилы Алексеевой, одной из основательниц МХГ, которая была вынуждена уехать в США и стала представителем группы за границей. Они встретились впервые с 1977 года.
 
Елена Боннэр объясняла, что ее членство в Московской Хельсинкской группе изначально было чисто символическим: она вступила, чтобы показать, что Сахаров поддерживает группу. «А потом началось, - вспоминала она, - кого-то арестовали, кто-то уехал. Пришлось взять инициативу на себя. В итоге я сама проводила пресс-конференцию в день политических заключенных 31 октября 1983 года...». Таковы были ее самоотверженность и мужество.
 
Из всех последующих встреч с Еленой Боннэр мне особо запомнилась одна. Это было в Москве, в июне 1990 года, за полтора года до распада Советского Союза. В нашу группу вступила Розлин Картер, она хотела встретиться с несколькими московскими героями-правозащитниками, вернувшимися из лагерей. Боннэр пригласила нас обеих на чай.
 
Тогда я в первый раз попала в квартиру Елены Боннэр после смерти Андрея Сахарова, произошедшей 14 декабря 1989 года. Знакомая гостиная, заставленная цветами и увешенная фотографиями знаменитого ученого, диссидента и общественного деятеля, казалась храмом памяти. Здесь все говорило о великом человеке, безвременно ушедшем в такой важный для развития своей страны момент.
 
Однако Елена Боннэр не была похожа на классическую скорбящую вдову, да и встреча наша ничем не напоминала светские посиделки за чаем. Она пригласила еще троих гостей: журналиста, писателя и недавно избранного депутата парламента. Они пришли, чтобы рассказать нам о вопиющей проблеме беженцев, значение которой правительство отказывалось признавать. Елена Боннэр всегда опережала свое время. Вот и в этом случае она обратила внимание на вопрос, который с годами станет лишь более острым и болезненным.
 
Елена Боннэр была человеком сильным, вдумчивым и преданным своему делу. Она оставалась такой всю долгую жизнь и стойко держалась своих убеждений, даже когда они противоречили взглядам уважаемых ею людей. Эта женщина, посвятившая жизнь правозащитной деятельности, всегда была верна себе. И я горжусь тем, что знала ее.

Джери Лейбер
27.07.2011

Источник: Human Rights Watch, 27.07.2011





Читайте на сайте:




Адрес страницы: http://www.sakharov-center.ru/news/memo/ebonner/