Музей и общественный центр им. Андрея СахароваГлавная страница сайтаКарта сайтаОб Андрее Сахарове
Общественный центр им.Андрея Сахарова
Сахаров
А.Д.Сахаров
Анонсы
Новости
Музей и общественный центр имени А.Сахарова
Проекты
Публикации
Память о бесправии
Воспоминания о ГУЛАГЕ и их авторы
Обратная связь
 НОВОСТИ   АФИША   МУЗЕЙ И ОБЩЕСТВЕННЫЙ ЦЕНТР   ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ  
    Главная >> Музей и общественный центр >> Выставки >> "Осторожно, Религия" >>   
  Вернуться к списку расшифровок аудиозаписей процесса в Таганском суде.
Выставка "Осторожно, Религия!"

текст был передан суду в ходе заседания 2 марта

Таганский суд. 2.03.2005
Последнее слово подсудимой Л.В. Василовской.

Уважаемый, Суд! Ваша честь!

Наверное, только в «страшном сне» может присниться, такое, что я окажусь в суде в качестве подсудимой и еще по такой статье: за разжигание всякого рода вражды, розни и т.д.! Тем не менее, это так. Это никакой несон, всепохоже на дурной спектакль: смотреть и слушать нет сил, а уйти нельзя. И поневоле приходится включаться в этот нескончаемый и нелепый ход разбирательства. Мне кажется за полгода критическая масса глупости, абсурда, нелепости уже достигнута. И уже давно и очень хочется чтобы, наконец мы обратились к здравому смыслу.

Я считаю, что за все это время стороне обвинения не удалось представить неоспоримые, веские доказательства того , что эта выставка преступна,и что мы - организаторысовершили преступление. Ничего внятного по этому поводу со стороны обвинения я не услышала. Обвиняя меня и моих коллегМихальчук и Самодуровав разжигании, сторона обвинения так и называла конкретно какие действия в этом направлении, в этом качестве разжигателеймы совершили. В моем трудовом договоре с музеем и в моих служебных обязанностях, эти документыздесь в качестве доказательств приводились прокурором, нет специального пункта «о разжигании…». Откуда они это взяли?, то Вообще, многое, что происходит здесь в суде,как бы, поставлено с ног на голову. Люди , которыеразгромили выставку, проходят здесь как свидетели, а сами они считают себя пострадавшими от выставки. Но при этом они упорно отказываются назвать то, что они совершили на выставке - погромом, а говорят, что « присекли подручными средствами преступление». Если их действия были правомерными, тогда чего им здесь бояться? В общем, это особая публика, которая ходит на выставку с «подручными средствами» (баллончиками с краской, молотками и т.д..). Сюда же в суд они ходят как в храм на службу: читают молитвы, обходят крестным ходом здание суда, посылают нам проклятия. Потом часть этой публики срывается и мчится в приход на службу или в другой суд. Это отряд быстрого реагирования или группа поддержки обвинения. Эти, с позволения сказать верующие,в этом зале ведут себя так вызывающе агрессивно, что неоднократно приходилось вызывать наряд милиции. И сегодняздесь в суде мы видимне один милицейский наряд, а гораздо больше правопорядка прибыло. Может это оживляет их жизнь верующих, которыерегулярно посещают наш суд, но меня это очень раздражает и изумляет, и вместе тем, мне жалко этих людей. Т.к. ими манипулируют другие,которые сюда не пришли, а отделались только письмами - это конкретные депутаты, священники, некоторые заслуженные художники РФ – собственно те люди, которое это дело развязали, написали куда надо письма. (В общем, в России всегда есть место «подвигу» и люди найдутся).

Что же касается свидетелей и специалистов, которые выступали на стадии дополнения, и которых пригласили прокуроры, то они были столь не убедительны и, по-моему, не совсем понимали, где они, и какова их роль в этом процессе. Искусствоведы (Энеева, Ямщиков, Калашников) воспринимали свое выступление как возможность поспорить со своими коллегами – оппонентами и, как оказалось, выставки такого направления они не посещают принципиально.Священники, которые были приглашены как свидетели, вообще тоже плохо понимали, свидетелями чего они были (ведь выставку они не видели), и по сути выступали в роли инквизиторов. Это, по-моему, пострашнее, чем выставка, за которуюнас судят. Известный священник отец Александр Мень (к сожалению, его нет уже в живых) на вопрос: «Каким образом Христианство, которое столь высоко ставит человека, пришло к инквизиции?» ответил: «Не Христианство пришло, а христиане пришли… Христианство со всеми его аксессуарами – колоколами, иконами, пением, не стоит ничего оно является этнографическим феноменом, если в нем нет Христа». Возможно и это высказывание, с точки зрения радикальных православных, тоже – кощунство. Но я думаю иначе.

Мне кажется, чточем больше сторонаобвинения искала доказательства, тем сильнее она увязала в проблемах: что есть кощунство, что можно или нельзя в искусстве, какова степень публичности при обсуждении спорных вопросов, и тем больше она отдалялась отглавного обвинения (преступный сговор, умысел и т.д.) и добивалась обратного эффекта. Потому что у них произошла подменапонятийуголовного преступления, понятием греха. А что такое грех – в УК нет такого определения. Грех – из другой области. Здесь более, чем уместна пословица: «Богу -богово , а кесарю – кесарево», но этим к сожалению сторона обвинения не руководствуется, а жаль…

Увлекшись рассмотрением правомерности использования религиозных символов в искусстве, вернее в каких контекстах это допустимо, сторона обвинения вообще зашла в тупик . Авторитетные искусствоведы как Л.Бажанов, А.Ерофеев, Е.Деготь и др. четко, определенно ответили на самый часто задаваемы прокурорами«криминальный вопрос» о работе Тер-Оганьяна : что картонные иконы с нанесенными на надписями («Lenin”, “Vodka” и др) на этой выставке являются художественной работой, произведением искусства. И термин произведение в данном случае не обязательно означает что оно хорошее, он определяет его статус. Если бы прокуратура пригласила бы для проведения экспертизы,специалистов такого уровня, то никакого бы уголовного дела и не было бы.

Поскольку, внаших показаниях (и в показаниях свидетелей- художников) о том,как шла подготовка выставки, мы ничего не пытались скрывать, все делалось открыто, то назвать это сговором просто глупо. Что же касается, преступного замысла в разжигании всякого рода вражды, то это вообще смешно, по отношению к Сахаровскому центру. А мне - так глубоко противно разделять людей по национальностям, по вероисповеданию, цвету волос и т.д.

Были ли потерпевшие в результате посещения этой выставки? Их тоже нет, т.к. все три тысячи (или сколько их там?), подписавших письма , не были признаны потерпевшими.

Что же было доказано? Было доказано, что есть проблемы внутри церкви, что многие обсуждаемые здесь вопросы, к настоящей вере не имеют отношения, а это все внутренние проблемы взаимоотношения церкви и общества, есть нетерпимость в обществе. И как ни странно ни церковь , ни государство нестремятся погасить это , а напротив поддерживают эти националистические иксенофобские настроения.

Выставка «Осторожно, религия!», по сравнению, с тем,что демонстрируется в зарубежных музеях, и на недавно прошедшей в Москве бьеннале современного искусства, является гораздо менее жесткой, даже невинной. Если она кого-то и задела, не понравилась, то музей сразу после погромапринес свои извинения. Но ведь возмущенных мало интересовалиработы и общий контекст выставки. Это ясно даже из того, как реагировали здесь в суде эти псевдоверующие, когда предъявлялись работы с выставки в качестве вещественных доказательств. Никакого эффекта на сидящих в зале они не произвели, никто не встал и не ушел, и не возмутился. Потому что , на самом деле им сама выставка не важна, а важно другое – наказать.Наказать за то, что кто-то может критически относиться к религии, не разделять их взгляды, причем взгляды явно неофитов.

Вполне очевидно, что это уголовное дело возникло и в ответ на уголовное дело против погромщиков. Мне кажется, чем больше сторона обвинения пытаясь нас представить как преступников, сторона обвинения, тем больше героизируете нас.

В процессе суда неоднократно говорилось о возможности свободного художественноговысказывания и пределах его допустимости. В своем творчестве художники руководствуются не законодательными актами, а внутренними, нравственными установками, внутренней цензурой. Ни один настоящий художник не ставит своей целью кого-то оскорбить (иначе его работы к искусству не имеют отношения). И на этой выставке никто такой цели: оскорбить, осмеять, унизить не ставил. Что же касается запрета на выставки на неудобные темы, то это уже в нашей истории было. Надо бояться не выставок, книг, фильмов, а умалчивания проблем.

Здесь так много говорилось о разных свободах и правах, безусловно, это вещи весьма важные, нокак оказывается не всегда безопасные,о чем свидетельствует этот процесс. И в заключении я бы хотела привести слова известного французского философа Альбера Камю: «Всякую свободу венчает приговор» и мы очень скоро можем убедиться в буквальном ее смысле.

Надеюсь, приговор будет справедливым.

02.03.2005
Л.В. Василовская



Наверх